Церковь почитает и вспоминает

Если бы человек спасался, не прилагая собственных усилий, автоматически, то это не было бы спасением. Каждый из нас знает, что мы считаем важными те события, в которых лично участвовали. Даже очень важные события, которые происходят где-то вовне, не становятся частью нашей биографии. Но если мы сами участвуем, то даже событие не слишком масштабное становится значимым лично для нас. Если бы человек не участвовал в деле спасения, если бы для этого была достаточной искупительная жертва Христа Спасителя, если бы было достаточным низведение Святого Духа на апостолов и создание Церкви, то человек бы не мог спастись. Требуется соучастие людей – и в той Жертве, которую принес Христос, и в тех делах, которые совершали святые апостолы; а все это и есть наше участие в жизни Церкви. Вот почему наш замечательный богослов священномученик архиепископ Иларион (Троицкий) сказал удивительные слова: Вне Церкви нет спасения. И эти слова не были некой новацией, произнесенной в XX веке русским богословом. Эти слова укоренены в замечательных словах святого Киприана Карфагенского: Для кого Церковь не мать, для того Бог не Отец.

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

( Еф. 5, 1-8; Лк. 14, 1-11). Когда зван будешь куда, не садись на первое место. Обобщив это, получим: всегда и везде держись последнейшей части. В этом простом правиле сокращенно выражено все богатое содержание смирения. Возьми его, сядь и рассмотри все возможные случаи твоей жизни, и наперед избери себе во всех их последнюю часть. Это последнее будет практика смирения, которое от внешних дел мало по малу перейдет внутрь, и положит там осадку смирения, как основу. Время возрастит это семя среди той же практики, и смирение преисполнит, наконец, всю душу и тело и все внешние дела. Что же будет? А то, что величие нравственное будет сиять на челе твоем и привлекать всеобщее уважение; и исполнится над тобою: "всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится". Но не это имей в виду, практикуясь в смирении, а само смирение. Оно само с собою приносит в душу ублажающее благонастроение. Куда придет смирение, там все внутренние тревоги прекращаются и все внешние невзгоды не производят поразительных впечатлений. Как волна, не встречая препятствия, без шума и удара разливается в безбрежном море, так внешние и внутренние скорби не ударяют в смиренную душу, а проносятся как бы поверх, не оставляя следа. Это, так сказать, житейское преимущество смиренного; а какой свыше свет осеняет его, какие утешения посылаются, какая широта свобододействия открывается!. . Поистине, смирение одно совмещает все. . .